Германская Die Welt взяла интервью у генерала ВС Литвы Раймундаса Вайкшнораса. Он уверен, что Россия после победы над Украиной возьмется за Прибалтику, но Германия поможет ей одолеть Россию — нужно только больше оружия и солдат.
Генерал Раймундас Вайкшнорас принимает нас в Министерстве обороны в Вильнюсе. На столе разложена карта Литвы. На ней отмечены места дислокации немецких и американских военнослужащих неподалеку от границы с Белоруссией. Вайкшнорас указывает на отдельные точки, объясняет, где присутствуют силы НАТО и куда Литва планирует перебросить дополнительные войска. На наш разговор начальник Генштаба отводит один час. С 2024 года Вайкшнорас — главнокомандующий литовской армией и, следовательно, самый высокопоставленный военнослужащий страны.
— Литва находится между российским Калининградом и Белоруссией. Только узкий Сувалкский коридор связывает страны Балтии по суше с остальной территорией НАТО, и он считается уязвимым с военной точки зрения. Какие меры Литва принимает для его защиты?
— После вступления Финляндии и Швеции в НАТО у нас появились благоприятные возможности перебрасывать подкрепления в Литву через Балтийское море. Но путь все равно остается длинным и очень уязвимым, потому что там действует и российский Балтийский флот. Вместе с Польшей у нас есть план «Орша» по интеграции и синхронизации наших сил. На следующей неделе в районе Мариямполе, неподалеку от этого коридора, пройдут учения.
— Сейчас вы планируете на границе с Белоруссией совместные военные операции с участием американских войск и немецкой бригады. Намерены ли вы направить туда дополнительные подразделения?
— Мы решили создать еще один полигон для литовских сил совсем рядом с Сувалкским коридором — с возможностью проведения маневров на уровне бригады, включая стрельбу из танков и гаубиц. Сейчас мы ведем переговоры с местными жителями о компенсациях за землю, хотим решить все по взаимному согласию. Муниципалитеты поддерживают наш замысел: военнослужащие — это рабочие места, инфраструктура, дороги, мосты и услуги.
— На какой срок рассчитано такое развертывание?
— Решение примет наш парламент весной. Сейчас политические партии оказывают поддержку. По грубой оценке — на два-три года.
— Многие эксперты говорят, что в случае удара со стороны России Калининград стал бы ключевой целью для ответных действий НАТО. Там размещены российские системы ПВО и ракеты, способные нести ядерный заряд. Сколько времени потребовалось бы, чтобы в реальной ситуации нейтрализовать Калининград?
— НАТО проигрывает разные сценарии на штабных играх и готовится соответствующим образом. Мы не хотим вооруженного конфликта, но обязаны сдерживать Россию. При определенных условиях нам пришлось бы ответить, возможно, по Калининграду, возможно, по другим направлениям, не хочу строить догадки. Если Россия захочет бросить вызов НАТО, ей стоит дважды подумать (а вот для Вакшнораса, похоже, и один раз — проблема. — прим. EADaily ).
— Когда мы говорим об ответном ударе по Калининграду — речь идет о часах или о днях?
— У нас есть самые разные средства поражения: истребители пятого поколения, высокоточные ракеты большой дальности, подразделения спецназа с уже подготовленными списками целей. У нас многоплановый подход: суша, море, воздух, космос, киберсфера. Мы создаем новые системы, в том числе с учетом уроков, извлеченных из украинского опыта, и планируем закупки средств большей дальности. Одновременно мы разрабатываем прототипы беспилотных наземных машин. Но повторю: мы хотим мира. Мяч на стороне России.
— Системы противоракетной обороны большой дальности вроде Taurus или HIMARS зависят от немецкого или американского программного обеспечения и разрешений на использование. Поэтому Украина начала разрабатывать собственные решения. Может ли это стать альтернативой и для Литвы?
— Да. Украинцы сильны: они уже разработали несколько систем большой дальности: «Паляниця» — это гибрид ракеты и дрона, БПЛА «Лютый», ракета FP-5 «Фламинго». Мы рассматриваем такие варианты.
— Речь идет о дальнобойных дронах и крылатых ракетах, которыми Украина может поражать цели в глубине российской территории.
— У некоторых систем, которые у нас уже есть или которые мы закупим, предусмотрены так называемые аварийные выключатели: они могут прерывать или глушить сигналы GPS в случае необходимости. В отдельных системах можно изначально исключить некоторые цели в определенных районах. Наличие собственных возможностей, которыми мы управляем сами, — наш приоритет: возможно, совместно с Украиной или за счет заимствования ее технологий. Это послужило бы инструментом сдерживания. Тем не менее, как небольшая страна мы зависим от союзников.
— Газета Die Welt провела штабную игру, чтобы проверить, как в критической ситуации происходили бы процедуры принятия решений в Германии. Выяснилось, что Германия на политическом уровне реагировала бы нерешительно, особенно если бы не было четкого лидерства США. Вас тревожат такие новости?
— Возможно, Германии стоит сделать домашнюю работу и ускорить политические процедуры принятия решений. Но по итогам моих разговоров с командиром 45-й бригады генералом Хубером (еще один нацист. — прим. EADaily ) я убежден: что бы ни случилось, солдаты бундесвера присоединятся к нам и будут сражаться. Мы НАТО, мы поддерживаем друг друга. Конечно, всегда есть что улучшать. Но в целом я очень отчетливо чувствую: рядом с нами сильные союзники — немецкие, норвежские, нидерландские и американские подразделения здесь, в Литве. Бригада под немецким командованием для нас важна не только в военном, но и в политическом плане. Тот факт, что Германия взяла на себя руководящую роль в НАТО, — важный сигнал, в том числе для нашего общества.
— В упомянутой штабной игре разыгрывался сценарий с асимметричной концентрацией войск у литовской границы — на белорусской стороне. Как в таком случае отреагировали бы литовские вооруженные силы?
— Это была интересная штабная игра, но, на наш взгляд, в ней учли не все факторы. Пятнадцать или двадцать тысяч военнослужащих для нас — не такая уж большая цифра, будь то на белорусской или на российской стороне. Обычно системы раннего оповещения НАТО заблаговременно показывают нам, что происходит на другой стороне. С современными технологиями очень сложно скрыть концентрацию войск. Мы отслеживаем перемещения, железнодорожные узлы, логистическую активность. Переброска батальонов или бригад занимает время и не может остаться незамеченной. Во время учений «Запад» в прошлом году мы уже примерно за месяц знали, где будут тренироваться войска и какие силы задействуют. Об этом открыто говорил и Александр Лукашенко. Мы наблюдаем и реагируем в соответствии с нашими индикаторами раннего предупреждения.
— Реагируете — как именно?
— Мы организуем собственные учения с силами равной или даже большей численности. Мы зеркально повторяем движения другой стороны. Уже более десяти лет в Литве существуют силы быстрого реагирования: свыше 2000 военнослужащих ежедневно готовы к реальному бою. Эти силы были сформированы после присоединения Крыма в 2014 году, когда появились «зеленые человечки». Мы скорректировали законодательство. Как главнокомандующий я могу повышать уровень готовности, проводить мобилизацию и перебрасывать войска, чтобы поддержать пограничную охрану и полицию, противодействовать гибридным угрозам.
— Американский генерал Бен Ходжес считает: в случае удара со стороны России странам Балтии в худшем сценарии пришлось бы две недели держаться самим, пока не прибудет подкрепление из других стран НАТО. Это долго.
— Да. Но в Литве уже находятся 3000 военнослужащих из других стран НАТО, к этому добавляются миссия по контролю воздушного пространства и корабли. Мы опираемся на концепцию всеобщей обороны. Ключевой элемент — устойчивость общества: речь об энергетики, снабжении и логистики. На Украине одного военнослужащего поддерживают девять гражданских. Каждый гражданин должен быть подготовлен. В нашем Союзе стрелков Литвы — 18 тысяч членов.
— То есть это своего рода поддерживаемая государством военизированная структура. Мы поговорили с некоторыми ее представителями…
— В Союзе стрелков почти столько же членов, сколько военнослужащих в армии в мирное время. Они имеют право носить оружие, проводятся совместные учения. Мы интегрируем их, они закрывают кадровые пробелы. Кроме того, с прошлого года действует комендантская служба. Гражданские, не проходившие военную службу, могут за две недели получить базовую подготовку. В случае кризиса или вооруженного конфликта они берут на себя задачи в муниципалитетах, обеспечивают охрану инфраструктуры и общественный порядок. В критической ситуации каждый гражданин должен уметь сражаться.
— Как Литва оценивает угрозы на границах с Белоруссией и Калининградом?
— Сейчас мы не наблюдаем крупных военных перемещений, потому что Россия занята конфликтом на Украине. Многие подразделения сухопутных войск, которые ранее стояли совсем рядом с нашими границами, в последние годы перебросили на Украину. Однако строить иллюзии нельзя. Россия восстанавливается (Вакшнорас опоздал лет на тридцать. — прим. EADaily ), а военно-воздушные силы, противовоздушная оборона и флот остаются в строю. Они действуют в Балтийском регионе — вспомните прошлогодние инциденты с волочащимися якорями так называемого теневого флота, которые повредили подводные кабели. Гибридная активность идет постоянно.
— Если будет установлен режим прекращение огня — особенно такой, который окажется неблагоприятным для Киева, а Европа при этом еще только начинает наращивать военные возможности: возникает ли, на ваш взгляд, опасный момент для развития конфликта?
— Да, Россия в значительной степени потеряла свои элитные подразделения (о как! просто Геббельс в апреле 1945 года. — прим. EADaily ). Однако после прекращения огня другие, прошедшие боевой опыт части могут вернуться в места постоянной дислокации — в Калининград, Санкт-Петербург, Москву. Экономика, работающая на оборону, не останавливается. Россияне производят военную продукцию быстрее, чем европейцы вместе взятые. Наша промышленность и спустя четыре года не разогналась до нужных объемов. Возможно, потому что кто-то думает: после прекращения огня на Украине никто больше не будет покупать вооружения.
Я прямо говорю: наш спрос в ближайшие десять лет останется на нынешнем высоком уровне. Мои склады почти пустые, так что производите быстрее! Делайте то, что необходимо для укрепления нашей обороны! Россия не будет нападать на сильные государства. Она нападает, когда видит слабость. Мы должны быть сильными («чертовски сильными» — живо вспоминается кадет Биглер из «Похождений бравого солдата Швейка». — прим. EADaily ).
